Их здесь уже не было, были лишь видны следы их пребывания — вытоптанная трава, окружность выжженной земли от защитного цилиндра, пепел от посоха Старшего Шамана. Она склонилась над неведомо как уцелевшим кустом чертополоха, погладила его, нараспев произнося какую-то фразу… Из которой любому эльфу бы стало ясно, что Миралисса пользуется памятью цветка и просит показать ей врагов:

— Покажи мне их, покажи!

Из цветка потекли струи тумана, которые чуть поодаль принялись сгущаться, превращаться в оркские фигуры. Клубы тумана уплотнялись, принимая чёткую форму. Черт лица по-прежнему не было видно, даже зоркий эльфийский взгляд различал лишь силуэты — главнокомандующего и обоих Шаманов. Младший находился внутри выжженной окружности защитного поля, тень Старшего Шамана — у пепла, в который рассыпался посох. Всё как было. Тень главнокомандующего светло-серая, тень Младшего Шамана — тёмновато-серая, тень Старшего Шамана — тёмно-серая. Лишь посох Старшего Шамана переливался серебристым цветом.

— Вы не понимаете, чего лишаете нас! Это всемогущество!

Тень главнокомандующего полуобернулась к тени Младшего Шамана и начала наливаться багровым оттенком.

— Это не ваши дурацкие игры в магократию!

Тень главнокомандующего извлекла ятаган из ножен — который странно дрожал и мерцал, будучи столь чёрным, что казался воплощением абсолютного мрака.

— И даже не истинная цель — Силь…

Прыжок и удар тени главнокомандующего, практически уже ставшей багрового цвета, удар посохом об землю, вспышка — и нет ничего…

Тени исчезли.

Миралисса задумчиво смотрела на чертополох и перевела взгляд туда — где пыль, поднимаемая армией орков, сливалась с дымом от догорающей вышки и упиралась в тяжёлое свинцовое небо.

— Вот значит как… — медленно произнесла принцесса.