Кугель поднял кубок, и в то же мгновение раздался предостерегающий тихий звон.

Кугель резко поставил кубок на стол и увидел, что Дерве Кориме совершенно спокойно подносит свой к губам, намереваясь отпить глоток. Он протянул руку и взял у нее кубок — брелок снова зазвенел. Яд в обоих кубках? Странно. Может, она и не собиралась пить? А может, успела принять противоядие?

Кугель сделал знак Йодо.

— Еще один кубок, пожалуйста.

Он доверху налил третий кубок и вновь брелок зазвенел, давая понять, что вино отравлено.

— Хотя мое знакомство с достойнейшим Йодо было очень недолгим, — сказал Кугель. — Я назначаю его мажордомом дворца!

— Возвышенный! — пробормотал Йодо, — это великая честь для меня.

— Тогда выпей этого старинного вина в честь своего нового назначения!

Йодо низко поклонился.

— Сердечно признателен, Возвышенный.

Он поднял кубок и выпил до дна.

Дерве Кориме безучастно смотрела на него. Йодо поставил кубок на стол и вдруг нахмурился, тело его конвульсивно задергалось, он изумленно и одновременно испуганно посмотрел на Кугеля, упал на ковер, закричал, дернулся еще несколько раз и затих.

Кугель, сдвинув брови, пристально посмотрел на Дерве Кориме. Она казалось такой же изумленной, как и Йодо.

— Зачем ты отравил Йодо? — спросила она Кугеля.

— Это твоих рук дело, — сказал Кугель. — Разве не ты приказала отравить вино?

— Нет.

— Ты должна отвечать: «Нет, Возвышенный»

— Нет, Возвышенный.

— Кто же это сделал?

— Я сама теряюсь в догадках. Наверно, яд был предназначен мне.

— Или нам обоим.

Кугель сделал знак одному из слуг.

— Уберите труп Йодо.

Лакей, в свою очередь, подозвал двух своих подчиненных, которые и унесли труп несчастного мажордома.

Кугель взял хрустальный кубок, глядя на янтарную жидкость, но ничего не сказал. Дерве Кориме откинулась на подушки и выжидающе смотрела на него.